ПЕРВЫЙ НАРОДНЫЙ СЪЕЗД В МОЗДОКЕ: ХАРАКТЕР, СИЛЫ, ЗАДАЧИ

Статья рассказывает о I съезде народов Терека, проходившем в Моздоке с 25 по 31 января 1918 г. Съезд принял резолюцию о мире, отменив приказ о наступлении против чеченцев и ингушей. А также декларацию – обращение ко всему трудовому населению Терской области, в которой указывались пути решения земельного, национального, рабочего, продовольственного и др. вопросов, для решения данных вопросов съезд избрал временный орган – Терский Народный Совет, которому вручалась вся полнота военной и политической власти.

ПЕРВЫЙ НАРОДНЫЙ СЪЕЗД В МОЗДОКЕ: ХАРАКТЕР, СИЛЫ, ЗАДАЧИ

УДК 93/94

Алиев Руслан Зубайраевич,

Научный сотрудник

Лаборатория истории

Комплексный научно-исследовательский институт им. Х.И. Ибрагимова

Российской академии наук

г. Грозный, Россия

E-mail: historykniiran@mail.ru

FIRST PEOPLE CONGRESS IN THE MOZDOK: NATURE, FORCES, TASKS

 Aliev Ruslan Zubayraevich,

Researcher

Laboratory of History

Complex scientific research institute. H.I. Ibragimova Russian Academy of Sciences

Grozny, Russia

E-mail: historykniiran@mail.ru

АННОТАЦИЯ:

Статья рассказывает о I съезде народов Терека, проходившем в Моздоке с 25 по 31 января 1918 г. Съезд принял резолюцию о мире, отменив приказ о наступлении против чеченцев и ингушей. А также декларацию – обращение ко всему трудовому населению Терской области, в которой указывались пути решения земельного, национального, рабочего, продовольственного и др. вопросов, для решения данных вопросов съезд избрал временный орган – Терский Народный Совет, которому вручалась вся полнота военной и политической власти.

ANNOTATION:

The article tells of the First Congress of the Terek, held in Mozdok from 25 to 31 January 1918. The Congress adopted a resolution on peace, repealing the order for an offensive against the Chechens and Ingush. And also the declaration — an appeal to the entire working population of the Terek region, in which the ways of solving the land, national, labor, food and other issues were pointed out, the congress elected the temporary organ — the Tersky People’s Council — to solve these issues, to which the fullness of military and political power was handed over.

Ключевые слова: Северный Кавказ, Терек, Моздок, Киров, Буачидзе, терское казачество, чеченцы и ингуши.

Key words: North Caucasus, Terek, Mozdok, Kirov, Buachidze, Terek Cossacks, Chechens and Ingush.

К концу 1917 года глубокое недовольство, тревога, смятение охватили самые широкие массы Терского казачества. Контрреволюционные верхи казачества и горских народов привели Терскую область к распаду, анархии, к фактической войне между казаками и чеченским, ингушским народами.

Оставаться один на один с чеченским и ингушским народами, с извечным, как представлялось тогда, своим врагом – гибельность этого казалась очевидной каждому казаку. Чечня и Ингушетия численно превосходили казачество. А к ним на юге примыкал Дагестан, где уже открыто, выступали турецкие эмиссары.

В действиях войскового атамана и правительства, в их всевозможных сговорах и политических комбинациях с верхами горских народов, в организации юго-восточного и прочих подобных союзов, трудовое казачество не видело никакой надежды на то, что будет покончено с анархией в области, и наступит мирная жизнь. И вот, решительно отвергнув войсковое Терско-Дагестанское правительство с их обанкротившейся политикой, казачьи станицы ищут пути сближения с иногородним населением, с Советами рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Примером для них в этом отношении был Грозный.

Поразительно, с какой быстротой и силой произошел этот перелом в казачьих станицах. Сторонники войскового правительства, «карауловцы» почти всюду были оттеснены от руководства, во многих станицах вместо правлений и атаманов были избранны военно-революционные советы или комитеты.

Большинство казаков, как показали дальнейшие события, было все еще полно мучительных сомнений и колебаний, особенно опасаясь за свои земли и не допуская мысли о каких-либо уступках в этом отношении. Уставшие от трехлетней войны, ожесточившиеся в непрерывных вооруженных столкновениях с чеченцами и ингушами, изверившиеся в возможности добиться чего-нибудь путем мирных соглашений, казачество видело выход, прежде всего в сокрушительном военном разгроме Чечни и Ингушетии. Ради этого они было готово пойти на соглашение с Советами рабочих, солдатских и крестьянских депутатов и даже на признание центральной Советской власти.

Подобные настроения, метко охарактеризованные затем как «стратегическое приспособление к большевизму», поддерживала и распространяла часть реакционного казачьего офицерства. У есаулов и полковников, примкнувших к станичным отдельским (окружным) военно-революционным комитетам, несомненно, были свои планы. Они были твердо убеждены, что призыв к войне против Чечни и Ингушетии не только вновь сплотит все казачество вокруг командиров – военачальников, но будет горячо поддержан и иногородним населением. Словом, все говорило за то, чтобы немедленно организовать военный поход, начать второе «покорение Кавказа». В обстановке войны, опираясь на «победоносные», в основном казачьи полки, офицерство, конечно, сосредоточит власть в своих руках и сможет навязать свою волю Тереку, вновь объединенному под главенством теперь уже «революционного» казачества.

Происходившие в конце декабря – в начале января съезды представителей казаков и иногородних Сунженского, Кизлярского и Моздокского отделов еще укрепили уверенность в том, что война против чеченского и ингушского народов будет морально и материально поддержана большинством населения области.

Так возникла идея – созвать Терский областной съезд для организации новой общеобластной власти и для развязывания войны против Чечни и Ингушетии. И не случайно инициатором созыва такого съезда выступил военно-революционный совет Моздокского отдела – самого, пожалуй, «казацкого» из всех казачьих отделов Терека. В этом совете верховодили казачьи офицеры – полковник Рымарь и есаул Пятирублев.

В середине января 1918 года Моздокский военно-революционный совет обратился с характерным для того времени воззванием ко всему населению Терской области: «Граждане, братья! Настал грозный час жизни и смерти для всего трудового населения Терской области. Всюду в крае царит безвластие, насилие и произвол. Контрреволюционеры не дремлют, они мобилизуют все темные силы, чтобы в потоках крови, убийствах и пожарах задушить революцию. Провокационная деятельность контрреволюционеров создала национальное движение туземных народов области – чеченцев и ингушей, вызвала кровавый пожар войны с племенами, восставших против мирного демократического населения края и нагло попирающими все блага, свободы и человеческие права.

Что стало с войсковым правительством, отмежевавшимся в своей деятельности и политике от остального населения края и центральной народной власти всей России? Его нет, оно лопнуло, как мыльный пузырь потому, что оно опиралось не на массы трудового населения. Оно вело пагубную политику: оно натравливало казака на солдата и рабочего и наоборот, туземное население против русского, думая этим укрепить свою власть и повести борьбу против завоеванных нами свобод. Оно, помимо воли народа, учредило Терско-Дагестанское правительство, как отдельную ячейку Юго-Восточного союза, куда вошли только верхи казачества и туземного населения.

Воззвание заканчивается призывом послать делегатов к 25 января в Моздок на областной съезд, на котором будет создана «единая всеобщая власть для всего края» [8].

Воззвание Моздокского военно-революционного совета произвело сильное впечатление на все слои населения. Беспощадное разоблачение войскового правительства самим казачеством, призыв собраться на съезд и вместе организовать единую для всего Терека революционную власть – все это мало сказать благожелательно, с энтузиазмом воспринималось и в казачьих станицах, и в аулах, и в селениях Осетии, Кабарды, Балкарии. Перед всеобщим воодушевлением на задний план отходили выпады инициаторов съезда в отношении Чечни и Ингушетии. А между тем, как говорил С.М. Киров, суть положения заключалась именно в этом.

С.М.Киров тогда только переехал из Владикавказа в Пятигорск, и Пятигорский Совет избрал его одним из трех своих делегатов на Моздокский съезд.

На Моздокский съезд прибыло около 400 делегатов. В соответствии с тогдашними национальными разграничениями Терской области состав съезда делился на четыре фракции: казачью, иногороднюю, осетинскую и объединенную Кабардино-Балкарскую. Чечня и Ингушетия не были, представлены на съезде. Не прислали своих делегатов и кумыкские поселения Хасавюртовского округа, где тогда хозяйничал шейх Узун-Хаджи.

Самую многочисленную делегатскую группу составляли казаки. Из семидесяти казачьих станиц только четыре не были представлены на съезде. По неполным данным, из четырех казачьих отделов (округов) прибыл 191 делегат (Сунженский отдел – 43, Кизлярский – 40, Моздокский с г. Моздок – 76, Пятигорский – 32), причем примерно четверть из них были делегаты иногороднего крестьянства. Таким образом, представителей казачьих станиц на съезде было около 140.

Из Осетии (Владикавказский округ) приехало 35 депутатов, из Кабарды и Балкарии (Нальчикский округ вместе с Нальчиком) – 53. От русского и другого иногороднего населения Хасавюртовского округа, в большинстве находившихся в статусе беженцев, прибыло 15 делегатов.

От Советов рабочих и солдатских депутатов, городских самоуправлений и других организаций было 54 делегата (Владикавказ – 18, Грозный – 17, Кизляр – 4, Георгиевск – б, Кисловодск – 5, Пятигорск – 3, Железноводск – 1). Были так же представители воинских частей Ставропольской губернии (11) и другие [5].

Что представлял собой Моздокский съезд, в политическом, партийном отношении? В казачьей группе делегатов не было еще ни одного члена социалистических партий. Не было их и в кабардино-балкарской фракции. Но группу делегатов Кабарды и Балкарии возглавляли уже известные революционеры Батал Калмыков, Магомед Энеев, Султан Калабеков, Юсуф Настуев.

В осетинской фракции ведущее положение занимали Симон Такоев, бывший тогда еще меньшевиком-интернационалистом, большевик Саханджери Мамсуров, керменисты Николай (Колка) Кесаев, Андрей Гостиев, Дебола Гибизов и другие.

Среди представителей Советов рабочих и солдатских депутатов и других городских организаций были: большевики – С. М. Киров (Пятигорск),

С. Г. Буачидзе (Владикавказ), Н.Ф. Гикало, Г. 3. Иоаннисиани, К.Б. Осипов (Грозный), Ю. П. Фигатнер (Кисловодск), В. Ф. Тронов (Георгиевск) и другие; меньшевики-интернационалисты, ставшие потом большевиками – И.И. Элердов (Владикавказ, Я.П. Бутырин (Пятигорск), левые эсеры – Ю. Г. Пашковский, А. П. Сахаров (Владикавказ), А. А. Андреев (Пятигорск). В работах съезда принял участие и член большой делегации второго краевого съезда Кавказской армии, прибывшей из Тифлиса во Владикавказ в конце декабря 1917 года, большевик Захарий (Шакро) Палавандашвили.

Общее число членов различных социалистических партий, всех вместе, было около 50, причем большевиков – около 20.

Будет ли на Тереке развязана война, грозящая потопить в крови не только революцию, но и местные народы? Именно на этот грозный вопрос предстояло, прежде всего, ответить Моздокскому съезду. Опасность того, что большинство съезда может оказаться на стороне воинственно настроенных казачьих депутатов, была очевидной для всех. Что же в таких условиях могла предпринять небольшая группа делегатов большевиков, какой тактики придерживаться?

Накануне открытия съезда состоялось совещание социалистических фракций, на котором почти без прений было принято предложение С. М. Кирова и С.Г. Буачидзе: действовать на съезде согласованно, добиваясь единого фронта в борьбе против войны, против контрреволюции, за мир, богатство всех народов Терека. Так возник социалистический блок – временное тактическое объединение большевиков, меньшевиков и эсеров, сыгравший решающую роль в работе съезда. В совет социалистического блока, составленный на паритетных началах, от большевиков вошли С. М. Киров, С. Г. Буачидзе и Ю. П. Фигатнер.

Председателем областного народного съезда был избран казак, член Моздокского военно-революционного совета Дмитриенко; товарищами председателя – Е. С. Богданов и Д. А. Бабков (делегаты от г. Грозный), А. И. Филатов (Нальчик). В. Ф. Тронов (Георгиевск); секретарем – А.П. Сахаров (Владикавказ) и несколько товарищей секретаря.

Острейшая борьба на съезде развернулась сразу же с момента открытия его. Социалистический блок полагал, что съезд должен не только образовать новую областную революционную власть, но и облечь ее определенной политической программой. Поэтому представители блока настаивали на следующем порядке работ съезда: 1. текущий политический момент – положение в Терской области; 2. организация временной областной власти; З. земельный вопрос; 4. национальный вопрос; 5. рабочий вопрос; б. продовольственный вопрос; 7. выделение из областной революционной власти Терского военно-революционного комитета; 8. создание отдельских и окружных военно-революционных комитетов; 9. избрание комиссии для организации второго областного народного съезда.

Инициаторы Моздокского съезда и практически вся казачья фракция требовали, чтобы съезд только решил вопрос о войне и мире с чеченским и ингушским народами, и организовали твердую областную власть. Все же остальные вопросы, по их мнению, выходят за пределы компетенции настоящего съезда и могут быть решены только местным краевым учредительным собранием.

Обсуждение порядка работы съезда развернулось в жаркие прения по существу главного решающего вопроса – быть на Тереке войне или миру?

В ответ на яростные призывы делегатов ряда моздокских и сунженских станиц к беспощадной войне против чеченского и ингушского народов выступал горячо, взволнованно представитель Армейского центра Кавказского фронта большевик Шакро Палавандашвили. От имени многострадальной Кавказской армии он предложил поставить ребром вопрос о мирном сотрудничестве с чеченцами и ингушами, дать телеграмму о приглашении на съезд их представителей.

Приветствуя съезд от имени социалистического блока, С.Г. Буачидзе рассказал, во имя чего большевики и все другие социалистические партии объединились на этом съезде, и призвал к объединению весь съезд, чтобы не допустить братоубийственной войны, которая нужна и выгодна только врагам народа. «Ингуши и чеченцы,- говорил С.Г. Буачидзе, находятся под влиянием тех же паразитов, которые обманывали до сих пор и казаков и русских крестьян».

За политику же силы в отношении чеченского и ингушского народов. Против переговоров и каких-либо соглашений с ними выступило подавляющее большинство делегатов казачьих станиц и иногороднего крестьянства Моздокского, Кизлярского и Сунженского отделов, где война фактически уже шла. К ним примкнули почти все делегаты разоренных селений и хуторов Хасавюртовского округа и часть делегатов Грозного и Кизляра.

Но была на съезде группа делегатов, позиция которой в первый день не совсем еще определилась. Это, в основном, представители единственной сравнительно спокойной в то время части Терской области.

Первый день работы съезд показал, насколько ошибочны были подобные расчеты. Очевидно, поэтому организаторы съезда решили действовать, напролом. Следующий – второй день работы съезда, по требованию Моздокского военно-революционного совета, начался с закрытого заседания — для обсуждения заявления военной секции совета. На трибуну поднялся полковник Рымарь – председатель военной секции и командующий вооруженными силами Моздокского совета. Он доложил насторожившемуся съезду, что военная секция мобилизовала и подготовила к наступлению значительные военные силы и уже дан приказ о вторжении их в Чечено-Ингушетию.

Съезд был ошеломлен. Воинствующая часть казачьей фракции шумными аплодисментами приветствовала заявление Рымаря. Однако замешательство и растерянность большинства делегатов других фракций длились недолго. Совет социалистического блока взял инициативу в свои руки. Выступивший от имени социалистического блока С.Г. Буачидзе заявил резкий протест и потребовал немедленно отменить приказ о наступлении.

Заседание закончилось поздно вечером и сопровождалось множеством инцидентов, когда казалось, что съезд вот-вот будет сорван. В самом конце прений, уже перед голосованием, было предоставлено слово С. М. Кирову, выступившему по поручению социалистического блока.

Заседание съезда было закрытым, обсуждались сугубо секретные вопросы чрезвычайного военного значения и по ходу заседания никаких записей даже в официальном протоколе не велось. Поэтому нет никаких документов, в которых хотя бы кратко излагалась речь С. М. Кирова. А между тем это было, несомненно, одно из самых сильных выступлений пламенного трибуна революции. Сергей Миронович говорил о том, что первое слово, с которым новая революционная власть России, власть рабочих, крестьян, солдат обратилась ко всем народам – это мир. Чьим торжеством будет та война, которую хотят объявить здесь? Трудового казака? Крестьянина и рабочего? Бедняка-горца? Нет! Торжествовать будут только самые черные силы, мечтающие потопить революцию в потоках народной крови!

Началось голосование: 168 делегатов – за мир, 132 – за войну! Съезд постановил отменить приказ Моздокского военно-революционного совета о наступлении против Чечни и Ингушетии. Затем была принята резолюция, предложенная социалистическим блоком, сущность которой сводилась к следующему: обратиться ко всем народам Терской области с призывом принять участие в съезде; немедленно направить делегации к чеченскому и ингушскому народам с предложением мирного разрешения всех вопросов, волнующих их и все народы области; опубликовать и широко распространить среди населения Терской области декларацию съезда [6].

Победа эта окончательно упрочила ведущую роль социалистического блока в работе съезда. Тактика единого революционного народного фронта, энергично проводимая большевиками во главе с С.М. Кировым и С.Г. Буачидзе, полностью себя оправдала. Политика мира и богатства народов Терека, провозглашенная социалистическим блоком, сплотила большинство съезда, включая немало делегатов казачьих станиц.

В довершение всего на трибуну вновь поднялся полковник Рымарь: «Если вы отменяете наш приказ о наступлении, я отказываюсь дальше работать и слагаю свои полномочия». Военная секция отдает себя и все свои вооруженные силы в распоряжение съезда», — торжественно продолжал Рымарь и добавил тоном устрашения: «Пусть съезд сам разговаривает с теми казачьими частями, которые идут сюда, и с казачьей массой, которая изверилась в мирных средствах и требует войны» [4].

С большим трудом удалось убедить казачью фракцию принять участие в мирных переговорах.

Одна мирная делегация во главе с И.И. Элердовым направилась в Чечню, другая во главе с А.П. Сахаровым и Шарко Палавандашнили – в Ингушетию.

Мирным делегациям был дан наказ, в котором сказано, как мыслит съезд новое государственное устройство Терской области: «для прекращения начавшейся гражданской войны и спасения области от разрастающейся анархии, съезд считает необходимым объединить все национальности и группы, населяющие Терскую область, в один равноправный в своих частях союз» [9].

Далее в наказе говорилось, что для восстановления добрососедских отношений съезд ждет от Чечни и Ингушетии конкретные меры, обеспечивающие мирную жизнь, для разрешения всех наболевших вопросов (земельного, национального, экономического, правового и других). Съезд предлагает чеченцам и ингушам послать своих представителей на учредительный съезд народов области, который будет созван в самом скором времени.

Так прошли первые четыре дня работы Моздокского съезда – бурные, волнующие дни. Социалистический блок сумел провести съезд через самые трудное испытание: страшная истребительная война предотвращена, все народы Терека признаны равноправными членами единой братской семьи, посланцы съезда со словами мира и дружбы направились в Чечню и Ингушетию.

Но перед Моздокским съездом возникли новые серьезные испытания. Открывая утром пятого дня очередное заседание, председатель съезда огласил заявление подписью 132 делегатов о том, чтобы в повестке дня был первым поставлен вопрос об отношении съезда к власти Совета Народных комиссаров.

Вопрос этот возник еще в самом начале работ съезда, но по предложению С. М. Кирова и С. Г. Буачидзе был снят с обсуждения. Дискуссия поэтому кардинальному вопросу, несомненно, расколола бы только что созданный социалистический блок, чрезвычайно затруднила, а может быть, и сорвала единство всех революционных, демократических сил Терека. Если и ставить этот вопрос на обсуждение съезда, то только в самом конце, когда уже будут решены все основные наболевшие местные вопросы и организована новая революционная общеобластная власть на Тереке.

С этим согласился весь социалистический блок, И вдруг именно теперь, когда, отстояв мир, съезд только-только подошел к решению других основных вопросов – 132 депутата потребовали немедленно обсудить его. Против «резолюции мира» на закрытом заседании съезда также голосовало 132 депутата.

Но среди инициаторов «заявления 132» была и незначительная группа «левых» большевиков, не понимавших проводимой С. М. Кировым и С. Г. Буачидзе тактики единого революционного народного фронта и отказавшихся, поэтому от участия в социалистическом блоке.

Наконец, на признании власти Совета Народных Комиссаров настаивали и те депутаты, в том числе казачьи, которые были убеждены, что только Советская власть сможет разрешить все наболевшие вопросы местной жизни, внести успокоение, утвердить порядок на Тереке.

После продолжавшихся все утреннее заседание прений подавляющее большинство съезда решило поставить первым в повестку дня вопрос об отношении к власти Совета Народных Комиссаров и обсудить его на вечернем заседании.

Предвидя возможность такого положения на съезде, социалистический блок в известной мере подготовился к нему. По договоренности между левым крылом блока (большевики, керменисты и левые эсеры) и правым (меньшевики и правые эсеры) решено было не вступать на съезде ни за, ни против признания власти Совета Народных Комиссаров. В таком духе от имени социалистического блока и выступил С. Г. Буачидзе: «Мы, социалисты, подчиняемся народу, мы не желаем действовать так, чтобы дать хоть кому-нибудь повод говорить, будто социалисты раскалывают народ. Пусть народ сам решит этот вопрос и его решению мы, социалисты, все подчинимся» [7]. И в своем решении съезд высказал пожелание, чтобы представитель именно социалистического блока выступил с докладом об отношении к власти Совета Народных Комиссаров.

Социалистический блок поручил сделать доклад С.М. Кирову. В котором он подробно рассказал о политическом положении России, подчеркнув, что гражданская война на Тереке представляет особенную грозную опасность. «Терская область разбилась на несколько частей, ведущих между собой кровавые бои… Если мы не создадим единого революционного крепкого фронта, то наше дело здесь будет погублено». Возражая тем, которые заявляли, что признание власти Совета Народных комиссаров само собою разрешит все больные вопросы, в том числе вопрос о земле, Сергей Миронович сказал: «Только сама демократия Терской области может успокоить наш край, и никто другой, только сам народ может вывести нас из полосы анархии». В завершении доклада, он отметил: «В социалистическом блоке смотрят на власть Совета Народных Комиссаров по-разному. Но у нас есть демократическая платформа, на которую мы призываем съезд; мы боремся за республику демократическую: рабочих солдат и крестьян» [1].

Съезд с воодушевлением, продолжительными аплодисментами приветствовал призыв народного трибуна. Но в развернувшихся затем прениях ряд делегатов так, же настаивал на немедленном признании власти Совета Народных Комиссаров.

Всем им ответил С.М. Киров в кратком заключительном слове. Разоблачая тех, кто призвал признать власть Совета Народных Комиссаров, чтобы разбить чеченцев и ингушей, он сказал, что тогда и ингуши признают власть Совета Народных Комиссаров, чтобы разбить казаков. «Если мы будем признавать власть Советов только для того, чтобы разделаться с другими народностями оружием, то лучше не признавать этой власти».

В заключение С. М. Киров предложил съезду принять резолюцию, в которой отмечается, что создавшееся в Терской области положение является весьма благоприятным для сосредоточения контрреволюционных сил, и они сделают все, чтобы углубить и расширить начавшуюся гражданскую войну. Поэтому перед революционной демократией Терской области стоит чрезвычайная задача – организовать все революционные силы, могущие противостоять надвигающейся опасности. Только в борьбе за республику рабочих, солдат, крестьян, казаков и горцев можно успешно побеждать контрреволюцию, выступающую со всех сторон [10].

В резолюции указывалось также на необходимость, прежде всего, создать орган власти, способный объединить демократию Терской области и быть авторитетным для масс населения без различия национальностей.

Резолюция была принята съездом единогласно, под гром аплодисментов.

Это вторая решающая победа социалистического блока, победа большевиков, фактически руководивших съездом, что было теперь очевидно для всех. Провозгласив мир и дружбу всех народов Терека, социалистический блок в острейшей борьбе с воинственной частью казачьих делегатов сумел сплотить большинство съезда. Сформулированный С.М. Кировым второй основной политический лозунг социалистического блока – «За республику рабочих, солдат, крестьян, казаков и горцев!» — объединил весь съезд.

Правое крыло социалистического блока, уступало по существу левому, а положение было такое, что не уступить оно не могло, а довольствовалось тем, что формально съезд не заявил о признании власти Совета Народных Комиссаров.

Успешно пройдя через второе труднейшее испытание, съезд мог, наконец, приступить к выработке своей конкретной политической программы и к решению главной задачи – организации новой областной революционной власти.

Обстановка в Моздоке была неблагоприятной для продолжения и благополучного завершения работы съезда. Да и возвращения мирных делегаций, направленных в Чечню и Ингушетию, предстояло ждать довольно долго. Поэтому решено было предложить съезду ограничиться в Моздоке принятием декларации и избранием временного органа новой областной власти и через некоторое время возобновить работу съезда, как второй его сессии, но уже в Пятигорске.

События следующего – шестого дня работ съезда подтвердили правильность этого решения.

Только в конце дня Я. П. Бутырин смог выступить с обоснованием предложения социалистического блока: избрать временный орган областной власти, обратиться к населению с декларацией, затем прервать съезд дней на десять и перенести его в более удобное место, чтобы подготовить доклады и законопроекты по важнейшим вопросам. Предложение принимается единогласно. Решено было вечером не устраивать заседания съезда, чтобы все фракции и группы могли обсудить и выделить представителей во временный орган власти.

На следующий – седьмой и последний день работы съезда в Моздоке с большим докладом об организации областной власти выступил С.Г. Буачидзе. Он предложил принять норму представительства 1 от каждых 35 000 населения, и тогда временный орган власти будет состоять из 35-40 человек. В виде исключения в нем будут так же два представителя от железнодорожников и один — от почтово-телеграфных служащих. Подходящим названием этой власти будет Терский Народный Совет, а исполнительного органа, выделенного Советом, — Терский Народный Комиссариат. Съезд единогласно утвердил доклад С. Г. Буачидзе.

Выступивший затем С.М. Киров заявил, что, по мнению социалистического блока, для создаваемой народной власти необходимо в общих чертах указать, как будут разрешены главнейшие вопросы и задачи по удовлетворению народных нужд. При напряженном внимании всех делегатов он зачитал проект декларации – обращение съезда ко всему трудовому населению Терека. В декларации отмечалось, что до сих пор Терской областью управляли лица, чуждые интересам народа, и поэтому ни одно завоевание революции не было осуществлено. «Дело революции в Терской области восторжествует только притом условии, если все трудовые элементы тесно объединятся вокруг I съезда рабочих, солдат, казаков, крестьян, горцев и явятся твердой опорой для Терского Народного Совета, созданного этим съездом. Только тогда можно прекратить, наконец, анархию, междуплеменную вражду и остановить потоки человеческой крови».

Далее в декларации указывалось, что земельный вопрос в области должен быть решен коренным образом с тем, чтобы были удовлетворены нужды и интересы всего трудового земледельческого населения всех национальностей.

По национальному вопросу в декларации отмечалось, что каждому народу в Терской области должна быть предоставлена действительная возможность, в согласии с основами, провозглашенными Российской революцией, устраивать свою жизнь так, как ему кажется лучше.

Для решения всех острых вопросов, волнующих край, созвать 15 февраля в Пятигорске вторую сессию народного съезда, на который пригласить представителей всех народов области.

Заканчивалась декларация так: «Только путями, указанными здесь, истекающая кровью демократия Терской области пойдет победно, смело и гордо к светлому будущему, где истинная свобода, равенство, братство. Съезд призывает все население Терской области воскликнуть вместе с нами: «Да здравствует братство всех народов!» [2].

Наконец, съезд подошел к решению последнего вопроса к утверждению состава областного органа революционной власти – Терского Народного Совета. По данным о количестве населения Терской области, которыми располагал съезд, состав Терского народного совета определился так: чеченцев- 10, ингушей-2, осетин — б, кабардинцев — 5, балкарцев — 1, кумыков- 1, казаков-8, иногородних- 10; кроме того, от союза железнодорожников — 2 и от союза почтово-телеграфных служащих- 1. Всего — 46.

С большим подъемом, под гром аплодисментов съезд единогласно утверждает списки членов Временного Терского Народного Совета, представленные национальными фракциями и группами.

На трибуну поднимается С.М. Киров. «Перед нами народная власть!» — взволнованно восклицает он, и от имени социалистического блока горячо поздравляет съезд с тем, что осуществилась мечта трудящихся всех народов Терека о создании своей революционной власти.

Представители всех фракций и групп приветствуют народных избранников и выражают благодарность председателю и президиуму съезда. Депутат Белый от имени казачьей фракции благодарит социалистический блок, сумевший объединить весь съезд на благо народа.

Пусть помнят все, — говорит представитель осетинской фракции, — что за новой народной властью стоит осетинский народ. Да не дрогнут сердца наших избранников! Осетия по их кличу встанет как один человек.

Пусть первый съезд трудовых народов займет первую страницу в истории народовластия в Терской области, — говорит председатель съезда Дмитриенко и, объявляя съезд закрытым, под долгие бурные аплодисменты восклицает: «Да здравствует новая демократическая власть!»

Так прошли семь дней работы Моздокского народного съезда – бурные, полные тревог, волнений.

Терский народный совет переехал в Пятигорск, избрав его временным местом пребывания областной власти. Председателем совета был избран Ю.Г. Пашковский, заместителем его — А. Сомов и Е. С. Богданов, секретарями Совета – А.П. Сахаров и Д.А. Бабков.

По пути из Моздока в Пятигорск, на станции Минеральные Воды, 2 (15) февраля Терский Народный Совет принял декрет №1, обращенный ко всем военно-революционным советам, к Советам рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, к городским и сельским самоуправлениям Терской области. В декрете сообщалось, что происходивший в Моздоке областной съезд выделил орган народной власти — Терский Народный Совет, которому вручена вся полнота военной и гражданской власти. Терский Народный Совет призывает всех граждан объединиться вокруг Народной власти для спасения края от гражданской войны и анархии. Все административные, революционные, общественные организации обязаны немедленно выполнять приказы и постановления Народного Совета.

В тот же день Терский Народный Совет отправил телеграмму – «Всем, всем, всем…» После очень сжатого сообщения о решениях Моздокского съезда, в телеграмме говорится: «Над пробуждающимися народностями Терского края загорается заря новой жизни. Объединившись в одну семью, народности области шлют братский привет всей демократии России.

Сбрасываются путы Юго-Восточного союза, созданного контрреволюционными замыслами, народы Терской области становятся в ряды революционного фронта России для свободы и возрождения Родины» [3].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

  1. Киров С.М.. Избранные статьи и речи. М., 1957. С. 18-19.

  2. Борьба за советскую власть в Северной Осетии (1917-1920 гг.). Сборник документов и материалов. Орджоникидзе. 1957. С. 52-55.

  3. Вторая сессия терского областного народного съезда. Приложение: декреты и приказы Терского областного Народного Совета, Пятигорск. 1918 г. С. 1.

  4. Газета «Городская жизнь» № 28, 6 февраля 1918 г.

  5. Газета «Городская жизнь» 25 (78), 1 февраля 1918 г.

  6. Газета «Городская жизнь» 25, 1 февраля 1918 г.

  7. Газета «Городская жизнь» № 30 (80), 8 февраля 1918 г.

  8. Газета «Городская жизнь» № 19, 25 января 1918 г.

  9. Газета «Терек» № 60877 февраля 1918 г.

  10. Протокол I-го всеобщего демократического съезда терской области в гор. Моздоке (Пятый день, 29 января). 25-31 января 1918 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *