ДЕРАДИКАЛИЗАЦИОННЫЕ ПРОГРАММЫ ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ: ПРИНЦИПЫ РЕАЛИЗАЦИИ И ОЦЕНКА ЭФФЕКТИВНОСТИ

Деятельность транснациональной террористической организации привела к беспрецедентным мерам по охране общественной безопасности, а также определило политику противодействия террористическим угрозам. Одним из основных средств выступили дерадикализационные практики, реализуемые на территории пенитенциарных заведений ряда государств Западной Европы. Основными компонентами этих программ выступила изоляция осужденных за преступления террористической направленности, среди которых в индивидуальном порядке реализовывались терапевтические курсы, нацеленные в основном на отказ от радикальных форм поведения. Эффективность реализуемых программ оценивалась по числу участников, хотя этот критерий весьма ненадежен. Основным выводом стал отказ от повсеместной изоляции и стремление осуществлять такие программы в форме наставничества над подозреваемыми и осужденными с возможностями социальной интеграции их в общество.

ДЕРАДИКАЛИЗАЦИОННЫЕ ПРОГРАММЫ ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ: ПРИНЦИПЫ РЕАЛИЗАЦИИ И ОЦЕНКА ЭФФЕКТИВНОСТИ *

УДК 323.283, 323.285, 329.273.

 

Пащенко Ирина Владимировна,

кандидат философских наук,

Южный научный центр Российской академии наук

лаборатория проблем Северного Кавказа

г. Ростов-на-Дону, Россия

E-mail: pashchenkoirina@gmail.com

 

АННОТАЦИЯ

Деятельность транснациональной террористической организации привела к беспрецедентным мерам по охране общественной безопасности, а также определило политику противодействия террористическим угрозам. Одним из основных средств выступили дерадикализационные практики, реализуемые на территории пенитенциарных заведений ряда государств Западной Европы. Основными компонентами этих программ выступила изоляция осужденных за преступления террористической направленности, среди которых в индивидуальном порядке реализовывались терапевтические курсы, нацеленные в основном на отказ от радикальных форм поведения. Эффективность реализуемых программ оценивалась по числу участников, хотя этот критерий весьма ненадежен. Основным выводом стал отказ от повсеместной изоляции и стремление осуществлять такие программы в форме наставничества над подозреваемыми и осужденными с возможностями социальной интеграции их в общество.

 

Ключевые слова: терроризм, ИГИЛ, радикализация, дерадикализация, Западная Европа.


* Работа выполнена в рамках реализации Государственного задания на 2017 г. № 007-01114-16 ПР, проект «Тенденции террористической активности на Северном Кавказе в региональном и международном контексте» по Программе фундаментальных исследований Президиума РАН № I.13 «Пространственное развитие России в XXI веке: природа. Общество и их взаимодействие. Проблемы развития полиэтничного макрорегиона в условиях дестабилизации Каспийско-Черноморского зарубежья»

Террористические организации имеют уже достаточно длительную историю, но на современном этапе наибольшее число насильственных инцидентов связывается с деятельностью транснациональных террористических организаций. Первым образованием такого характера можно считать «Аль-Каиду», созданную в 1988 году после вывода советских войск из Афганистана. В настоящее время основным автором негативных показателей в сфере терроризма на мировой арене выступает транснациональная террористическая организация ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ).

Аналитики американской консалтинговой компании в сфере безопасности Soufan Group, в своеих отчетах отмечают, что только в течении 2014 года количество боевиков-иностранцев, которые принимают участие в боевых действиях в Ираке и Сирии, в начале 2016 года достигло порядка 30 тыс. человек. Феномен боевиков-инстранцев не нов, аналитики говорят, что первые сведения фиксировались уже во время войны в Афганистане 1979-1989 гг., но только на современном этапе он приобрел глобальный характер. Большинство иностранных наемников, выходцы из стран Ближнего Востока и Северной Африке. 5 тыс. человек прибыл из стран Западной Европы, 4,7 тыс. – уроженцы России и стран СНГ. В настоящее время число активных боевиков в рядах ИГИЛ снизилось, по некоторым оценкам, иностранных контингент составляет порядка 12 тыс. человек, 20-30 % из которых могут вернуться на свою родину [1]. Попытки многих стран помешать выезду своих соотечественников пока не принесли ощутимых результатов.

Для эффективной борьбы с террористической угрозой Совет в составе министров внутренних дел стран-членов Европейского союза в марте 2016 г. принял новую антитеррористическую директиву, целью которой выступило усиление законодательства ЕС в сфере противодействия терроризму. Согласно документу предполагается криминализация целого ряда действий: поездки граждан ЕС в лагеря подготовки террористов, оказание финансовой и логистической поддержки таким поездкам, а также одобрение деятельности террористической организации [2].

Деятельность ИГИЛ привела к тому, что наиболее значимыми становятся угрозы следующего характера:

1) возвращение людей с боевым опытом,

2) радикализация тех, кому не удалось выехать и стремление осуществить террористические акты у себя на родине – «атаки одиночек»,

3) радикализация осужденных в пенитенциарных учреждениях,

4) консолидация граждан, испытывающих притеснение из-за своих религиозных убеждений.

В настоящее время в местах лишения свободы происходит активная радикализация сознания лиц, там пребывающих. В этой связи лица, осуждённые за попытки примкнуть к террористическому государству ИГИЛ, могут являться как объектом воздействия с целью укрепления и развития радикальных взглядов со стороны более «опытных товарищей», так и субъектом воздействия с целью радикализации взглядов «новобранцев». Увеличению численности группы приверженцев радикального ислама способствует то, что, попав в места заключения, радикал-исламисты стараются найти новых единомышленников, причём в глазах остальных они выглядят как жертвы государства.

Согласно докладу Международного центра изучения радикализации и политического насилия на первый план выходит то, что члены группировки ИГИЛ все чаще выбирают для вербовки людей с криминальным прошлым, среди бедных слоев населения или тюремных заключенных. По данным исследования, в тюрьмах экстремисты могут найти множество молодых людей», которые готовы для радикализации. При этом преступники, ставшие джихадистами, «могут использовать свои криминальные навыки в террористических целях» [3].

Необходимо отметить, что точное число заключенных из числа воинствующих экстремистов, которые в настоящее время содержатся в тюрьмах во всем мире, определить не представляется возможным. В тюрьмах некоторых странах находятся всего несколько воинствующих экстремистов, а в других — число таких заключенных составляет многие сотни или даже тысячи.

Мировое сообщество определило для себя комплексную работу по искоренению террористических угроз, согласно которой наряду с силовым принуждением приверженцев террористических методов к прекращению вооруженной борьбы, широко внедряется в последние годы опыт по дерадикализации, или перевоспитанию, сторонников радикальных исламистских взглядов.

Среди стран Западной Европы, Франция ощутила наибольший урон от деятельности ИГИЛ. С 2015 года на территории государства было совершено порядка 7 крупных терактов, жертвами которых стали порядка 400 человек [4]. Согласно интервью Le Journal du Dimanche главы МВД Франции Жерара Коломб порядка 700 граждан Франции покинули родину для участия в вооруженной борьбе на территории Сирии, к настоящему моменту вернулось порядка 270 человек [5]. Это значительно меньше оценок Международного центра по изучению радикализации (Великобритания) [6], согласно которым, около 1200 человек из Франции, где проживает самая крупная мусульманская диаспора, вступили в ряды ИГИЛ [7].

Во Франции, в течение последних двух лет, действовал режим «чрезвычайной ситуации» в связи с возможным совершением терактов. Его действие закончилось в начале ноября 2017 года. 31 октября 2017 года президент Эммануэль Макрон подписал законопроект, согласно которому представители полиции и специальных служб Франции могут осуществлять обыски в домах подозрительных лиц, блокировать районы населённых пунктов, в которых велика угроза террористического акта, вводить запреты на проведение массовых мероприятий, закрывать объекты религиозной направленности (церкви и мечети) «для прояснения ситуации с безопасностью». Все эти меры французские спецслужбы и представители полиции смогут применять без дополнительных разрешений со стороны судебных органов [8].

Наряду с ужесточением уголовного законодательства, на территории этого государства реализуются множества программ по дерадикализации. Программы носят достаточно противоречивый характер, а 2017 год стал «провальным» для таких видов деятельности.

Первая государственная программа по дерадикализации во Франции была запущена еще в 2014 г. В первоначальном варианте перевоспитанием потенциальных джихадистов занимались частные организации, финансируемые из госбюджета. Самой известной из них был центр Maison de la prévention et de la famille («Дом профилактики и семьи») под руководством Сони Имлул. Центр при поддержке государства должен был оказывать помощь родителям, опасавшимся, что их дети станут джихадистами, и подросткам — потенциальным радикалам. В 2017 г. мадам Имлул предстала перед судом по обвинению в растратах, хищении государственных субсидий и невыплате вознаграждений сотрудникам.

К маю 2016 г. во Франции насчитывалось примерно 9 тыс. человек, попавших в поле зрения спецслужб из-за радикальности взглядов, но пока еще не совершивших преступлений на этой почве. Для борьбы с этим явлением была принята правительственная программа дерадикализации [9]. Согласно ей, предусматривалось создание в различных регионах страны 13 центров перевоспитания. Каждый должен был принять 25 человек в возрасте от 18 до 30 лет, которым в течение 10 месяцев предстояло посещать уроки патриотизма, самоанализа, обществоведения, профориентации и трудового воспитания. Был построен единственный центр в Понтурине, где программа реализовывалась в течение полугода. В ходе инспекции было выяснено, что интерес к программе проявили всего 59 человек, из которых специальную анкету заполнили 17, а непосредственно в центр приехали 9, ни один из которых не прошли программу в полном объеме [10]. В июле 2017 года Министр внутренних дел Жерар Колломб заявил о закрытии центра [11].

Эффективность правительственных программ по дерадикализации была оценена комиссией, и в июле 2017 года был представлен доклад двумя депутатами верхней палаты парламента Франции — Эстер Бенбасса и Катрин Троендле. Документ под названием «Дезиндоктринация и социальная реинтеграция джихадистов во Франции и Европе» подверг критике действия властей. Кратким выводом этого исследования стало то, что программы по дерадикализации не работают ни в специализированных центрах, ни в пенитенциарных учреждениях [12].

Для борьбы с угрозой радикализации, французское правительство в январе 2015 года начало программу по открытию в нескольких крупнейших тюрьмах – «Осни», «Лилль-Аннейен» — изолированных крыльев для экстремистов, для усиления надзора и предотвращения распространения террористической идеологии. Это стало продолжением инициативы 2014 года, которая была запущена в тюрьме «Фресен», расположенной близь Парижа. Было отделено 22 заключенных, которые проповедовали идеи радикального характера. Было решено, что специальные боксы будут рассчитаны на 20-25 человек. Заключенные выбираются исходя из результатов индивидуальной анкеты, направленной на определение психологических и социальных черт, которые могут повлечь принятие радикальных взглядов. Тюремные служащие давали оценку социального поведения заключенного, учитывая характер преступления, совершенного осужденным. Для этой работы было нанято 18 аналитиков, 100 психологов и преподавателей, и несколько мусульманских религиозных деятелей сообщила в феврале французская газета Le Figaro. Было выбрано порядка 200 заключенных. Они не имели контактов с заключенными других блоков, были помещены в камеры-одиночки. На начальном этапе такое заключение, сопровождаемое тщательным мониторингом поведения заключенных, продолжалось на протяжении трех-шести месяцев. С этими заключенными проводили беседы специалисты. Ряд бесед об опасности радикального исламизма носили коллективный характер, с предоставлением слова заключенным [13].

В октябре 2016 года правительство отменило политику размещения радикальных заключенных в отдельных подразделениях после увеличения числа нападений на тюремных надзирателей. Министр юстиции Жан-Жак Увоас признал, что, разместив исламистов в отдельных тюремных крыльях, они стали более жестокими [14]. Критики тюремной политики заявили, что власти должны сосредоточиться на других социальных и экономических факторах, которые могут заставить кого-то обратиться к экстремизму, таких как влияние семьи, друзей, интернет-пропаганды или плохой социально-экономической ситуации.

Ответом на эту критику может стать Программа RIVE («Исследование и вмешательство в насильственный экстремизм») [15], которая реализуется вот уже около года и имеет достаточно высокие показатели эффективности. Согласно этой инициативе лицо, осужденное или ожидающее суда за преступления террористической направленности, не помещается в тюрьму или спецзаведение, а остается в обществе. Его действия контролируют судебные органы на протяжении как минимум года, он приходит на контрольные встречи со служащими программы (команда педагогов, психологов, религиозных деятелей и психиатров). Эту программу реализует ассоциация Apcars (Ассоциация прикладной криминальной политики и социальной реинтеграции), которая специализируется на социальном и судебном надзоре. В общей сложности 14 человек — восемь мужчин и шесть женщин – проходят реабилитацию. Наставничество осуществляется на индивидуальной основе, по крайней мере, шесть часов в неделю в первые несколько месяцев. Контакт устанавливается также и с семьей человека, и субъект получает необходимую ему помощь. О результатах этой инициативы говорить пока рано, хотя пример такого рода программы уже существует. В датском городе Орхус, начиная с 2007 г., действует программа наставничества, запущенная местными социальными службами и молодежными организациями. Любой местный житель может обратиться в городской совет и сообщить о своих подозрениях относительно радикально настроенных родственников, друзей, коллег и т.д. Информация тщательно проверяется и лицам, которые действительно вступили на путь радикализации, предлагается пройти консультацию и вступить в программу, в результате чего им оказывают помощь в получении образования, работы, поиске жилья и т.д. Программа продолжает реализовываться и в настоящее время, хотя процент участия здесь достаточно невелик – 10% [16].

После терактов в марте 2016 года в Брюсселе, Бельгия, вернувшегося из Сирии джихадиста в качестве превентивной меры заключает в тюрьму. В отношении радикализованных лиц, подозреваемых в стремлении отправиться на войну в Сирию, применяются электронные браслеты для отслеживания и регистрации перемещений.

В 2016 году министерство юстиции Бельгии работало над реформой тюремной системы, которую многие считают школой радикализма. Было запланировано создать две изолированные зоны, каждая из которых рассчитана на 20 человек, в двух тюрьмах для заключенных, настроенных наиболее радикально. В апреле 2016 года в тюрьме бельгийского города Итр (провинция Валлонский Брабант) открыли специальный корпус для исламистов, пока в корпусе будут находиться максимум 4 заключенных[17].

В тюрьме строгого режима «Уайтмур», расположенной под Кембриджем (Великобритания), содержатся около 90 заключенных-мусульман, отбывающих наказание за экстремизм и проповедование идей джихада, что составляет 35% всего спецконтингента пенитенциарного учреждения [18]. Комиссией по борьбе с экстремизмом при Министерстве юстиции Великобритании были специально разработаны и одобрены экспериментальные методы терапии. К работе с радикально 29 настроенными заключенными привлекаются психологи, призванные «перепрограммировать их», используя познавательно-поведенческий метод, который имеет целью изменение восприятия и отношения к миру, а также представители религиозных конфессий. Влияние радикальных исламистских группировок в тюрьмах Великобритании в 2015 — 2016 гг. резко возросло. Пропаганда исламизма, осуществляемая этими группировками, направлена на наиболее широкий охват заключенных, при этом ведется работа и с наиболее авторитетными заключёнными, чей пример станет в будущем привлекательным для других. Мусульманские сообщества становятся в британских тюрьмах «коллективами выживания» Сообщается, что всё больше заключенных в Великобритании принимают ислам для того, чтобы к ним было особое отношение, а также, чтобы заручиться поддержкой влиятельных группировок этнических мусульман. Также часть заключенных используют принятие ислама в тюрьме для продвижения по уголовной кастовой иерархии. Многие заключённые в тюрьмах насильно склоняются к принятию ислама [19, с. 45]. Среди причин, побудивших их перейти в ислам, – защищенность, которую дает принадлежность к определенной группировке, и те привилегии, которыми, по их мнению, пользуются мусульмане. У заключенных-мусульман есть больше прав, есть возможность проводить больше времени вне камер, поскольку у них общие молитвы, а в связи с Рамаданом они получают лучшее питание. В Германии в апреле 2015 года был принят пакет антитеррористических законов, призванных помешать немецким джихадистам отправиться в зону боевых действий на Ближний Восток. Теперь как поездка, так и попытка поехать в Сирию или Ирак с целью организации террористического акта или подготовки к нему, может привести к лишению свободы на срок до десяти лет. Также принят закон, позволяющий отбирать паспорта у агрессивно настроенных исламистов на срок до трех лет. На это время им будет выдаваться документ, удостоверяющий личность, но не позволяющий его обладателю выехать за пределы Германии. На территории ФРГ по состоянию на май 2017 года проживает порядка 657 лиц, представляющих потенциальную угрозу. Еще 388 исламистов симпатизируют террористам и могут стать их помощниками. В январе 2015 года Федеральное ведомство по уголовным делам насчитало лишь 270 лиц, представляющих потенциальную угрозу [20, 21]. В немецких тюрьмах к настоящему времени находятся осужденные из так называемой «зауэрландской ячейки», которые готовили серию взрывов в общественных местах, посещаемых военнослужащими США, а также «чемоданный террорист» из Кельна, террористы, заложившие сумку с бомбами на вокзале в Бонне, и преступник, убивший и ранивший американских военнослужащих в аэропорту Франкфурта-на- Майне.

Общими чертами существующих программ по дерадикализации заключенных выступает работа на двух уровнях: на личностном, на групповом. Эта работа должна состоять из трех компонентов: религиозно-просветительский, психологический и последующая помощь в социальной адаптации заключенного, после отбытия срока, в общество. При этом необходима постоянная многоуровневая профилактическая работа с социальным окружением заключенного, которое станет для него основой «новой жизни». «Возврат» в общество радикально настроенного человека – это длительный процесс, успех которого зависит от многих факторов. Целью этого процесса может стать отказ от использования насилия в качестве основного метода достижения результата, полное уничтожение радикальных идей приобретает характер недостижимого идеала.

Эмпирические исследования, определяющие масштабы радикализации в тюрьмах в разных регионах, с одной стороны, и эффективность программ, способствующих освобождению о насилия, с другой, носят лишь фрагментарный характер. Анализ основных работ приводит к выводу, что ни одна модель отказа от насилия не является универсальной, ее нельзя просто перенести из одного государства в другое, даже в пределах региона такое невозможно. Комплексные дерадикализационные программы носят длительный характер, достаточно дорогостоящие (материальные, технические и человеческие ресурсы), при этом критерии оценки эффективности не сформированы. Да и что может выступить критерием: число терактов, число осужденных за преступления террористической направленности, число прошедших программы дерадикализации и вернувшихся к террористическим действиям и т.д. Зачастую дерадикализация возможна при изменении политического курса как во внутристрановой перспективе, так и в геополитической.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. LIBIY, EXTREMISSM, END THE CONSEQUENCES OF COLLAPSE. Soufan Group. Jnuary 2016 / http://thesoufancenter.org/research/libya-extremism-and-the-consequences-of-collapse/ [Электронный ресурс] URL: (дата обращения: 11.04.2017)
  2. Потемкина О. Усиление угрозы терроризма в Европе и ответ Европейского союза. Аналитическая записка №9. 2016 г. / http://instituteofeurope.ru/publications/analytics/item/olga-potemkina39 [Электронный ресурс] URL: (дата обращения: 23.03.2017)
  3. Criminal Pasts, Terrorist Futures: European Jihadists and the New Crime-Terror Nexus / http://icsr.info/wp-content/uploads/2016/10/ICSR-Report-Criminal-Pasts-TerroristFutures-European-Jihadists-and-the-New-Crime-Terror-Nexus.pdf/ (дата обращения: 18.01.2017).
  4. Esther Paolini, Edouard de Mareschal. Terrorisme: de 2012 à 2017, la France durement éprouvée / [Электронный ресурс] URL: http://www.lefigaro.fr/actualite-france/2017/10/01/01016-20171001ARTFIG00134-terrorisme-de-2012-a-2017-la-france-durement-eprouvee.php/ (дата обращения: 21.11.2017)
  5. Gérard Collomb : 271 djihadistes français sont rentrés en France / [Электронный ресурс] URL: http://www.lepoint.fr/societe/gerard-collomb-271-djihadistes-francais-sont-rentres-en-france-06-08-2017-2148343_23.php/ (дата обращения: 02.09.2017)
  6. International Centre for the Study of Radicalization/ [Электронный ресурс] URL: http://icsr.info/ (дата обращения: 19.04.2017)
  7. Tiny Belgium and the Jihad / [Электронный ресурс] URL:http://www.spiegel.de/international/world/belgium-muslim-youth-turning-toward-jihad-in-large-numbers-a-1015045.html (дата обращения: 21.04.2017)
  8. Macron acte la fin de l’état d’urgence, remplacé par la loi antiterroriste / [Электронный ресурс]. URL: http://www.lepoint.fr/politique/macron-signe-la-loi-antiterroriste-qui-prend-le-relais-de-l-etat-d-urgence-30-10-2017-2168625_20.php/ (дата обращения: 05.11.2017)
  9. Plan d’action contrela radicalisation et le terrorisme, 9 mai 2016 / [Электронный ресурс] URL: http://www.gouvernement.fr/sites/default/files/liseuse/7050/master/index.htm (дата обращения: 10.05.2017)
  10. France ‘must change its approach’ to deradicalising Islamists / [Электронный ресурс] URL: http://www.france24.com/en/20170223-france-report-deradicalisation-centre-approach-islamists-jihad (дата обращения: 21.05.2017)
  11. L’unique centre français de déradicalisation a fermé en Indre-et-Loire / [Электронный ресурс] URL: http://www.leparisien.fr/societe/l-unique-centre-francais-de-deradicalisation-a-ferme-en-indre-et-loire-28-07-2017-7162206.php/ (дата обращения: 14.09.2017)
  12. Rapport final de la mission d’information sur le désendoctrinement, le désembrigadement et la réinsertion des djihadistes en France et en Europe / [Электронный ресурс]. URL: https://www.senat.fr/espace_presse/actualites/201707/rapport_final_de_la_mission_dinformation_sur_le_desendoctrinement_le_desembrigadement_et_la_reinsertion_des_djihadistes_en_france_et_en_europe.html (дата обращения: 01.10.2017)
  13. В тюрьмах Франции начали действовать два отделения для содержания радикальных исламистов / [Электронный ресурс]. URL: http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/2613866/ (дата обращения: 23.11.2016).
  14. Soeren Kern France: Deradicalization Of Jihadists A “Total Fiasco” / [Электронный ресурс]. URL: https://www.prisonplanet.com/france-deradicalization-of-jihadists-a-total-fiasco.html (дата обращения: 13.09.2017)
  15. France unveils experimental deradicalisation programme / [Электронный ресурс]. URL: http://www.france24.com/en/20171110-france-unveils-experimental-deradicalisation-programme-justice-minister-nicole-belloubet (дата обращения: 08.12.3017)
  16. Christian Hartmann Grounds for Concern. Belgiums Counterterror Responsess to the Paris and Brussels Attaks / [Электронный ресурс] URL: https://www.hrw.org/report/2016/11/03/grounds-concern/belgiums-counterterror-responses-paris-and-brussels-attacks (дата обращения: 18.04.2017)
  17. Опыт одного датского города в борьбе с радикальными настроениями в обществе / [Электронный ресурс] URL: http://nordenline.ru/denmark/1277/ (дата обращения: 18.05.2017)
  18. В Великобритании заключенных-исламистов будут «перепрограммировать», борясь с идеями джихада / [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.newsru.com/world/20oct2008/jihad.html/ (дата обращения: 30.07.2016).
  19. Селезнев И. А. Феномен радикального политического ислама в деликвентной среде в современных странах Европы и России. / Вестник экономической безопасности, 2015. № 6. С. 43-45.
  20. В ФРГ вновь выросло число потенциально опасных террористов / [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.dw.com/ru/ (дата обращения: 10.05.2016)
  21. Свыше сотни детей немецких джихадистов могут вернуться в Германию / [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.dw.com/ru (дата обращения: 10.11.2016)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *